ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

О 3-м выпуске историко-этнографического альманаха "На родной земле"

Об итоговой конференции трудового коллектива в декабре 2016 года...

О литературных чтениях в 2016 году...

О сборнике стихов для детей Роберта Рождественского "Мне хорошо! Я - живу..."

О деятельности студии народно-прикладного творчества "Лукерья"

Юбилейные литературные чтения "Роберт Рождественский:горизонты творчества"

Новые отзывы от партнеров и друзей...

День Победы...

О IV ежегодных краеведческих литературных чтениях "Роберт Рождественский:горизонты творчества"

О нашем сайте...

О краеведческой акции "Память"...

О сайте и нашей деятельности...

О презентации сборника Галины Дубинкиной "Мой край родной"...

О презентации литературно-художественной панорамы родной земли по произведениям Анатолия Баркова "Ты со мною, родной Шербакуль"...

О проекте национальной творческой мастерской "У Лукерьи в гостях"...

О выставке - дизайне русской праздничной одежды "В славянском стиле"...

О библиотеке...

О презентации краеведческого историко-этнического альманаха "Живем в согласии на родной земле"...

О сайте...

Вторые ежегодные районные краеведческие литературные чтения "Роберт Рождественский:горизонты творчества"...

Весточка от семьи Рождественских...

Библионочь-2012...

О Роберте Рождественском в городе Омске...

Коллекция русской одежды...

 

Литературные архивы Анатолия Баркова

Из архива семьи Сидоренко...

ВЕСЕННИЕ  МОТИВЫ

Нагулявшись вдоволь отшумели
Ветрами рожденные метели.
Не стучит дубинкой по березам
Белоусый дедушка Мороз.

В бороде у старого Мороза
Капельки запутавшихся слез.
Посмотри на поле, у дороги
Видишь: грач в протоке мочит ноги.

Пахота в прогалинах дымится,
Словно море в голубую рань.
А за лесом потянули птицы
Свой весенний первый караван.

Их не разберешь в тумане пегом,
Только различишь по голосам...
На опушку, чистую от снега,
Вышла отощавшая лиса.

Не страшны ей зимние угрозы,
Ветер с юга запахи донес.
...Нет, не даром в бороде Мороза
Капельки запутавшихся слез.


ЛИРИКА

Предвечерней зорькой ранней,
В полусумеречный час
Шел парнишка на свиданье
В первый, самый первый раз.

Сердце радостно гудело,
Как всегда в семнадцать лет...
И в снегу слегка скрипели
Каблуки его штиблет.

Злой мороз хватал за уши,
Вьюга пела: подожди...
Разве мог он их послушать,
Если жар горел в груди.

Но порой сквозь это пенье
В глубине иглой кольнет
Червоточинка сомненья:
Вдруг девчонка не придет?

Кто из нас, уже женатых,
Убеленных сединой,
Как и он сейчас когда-то
Тоже не был молодой?

Кто из нас, скажите честно,
Не боялся, как и он,
Что придет к пустому месту,
Хоть и первый раз влюблен?

Опыт мой пусть будет данью,
Никогда он не солжет:
Коль назначено свиданье,
Верю я - она придет!
О С Е Н Ь

Скоро лес на землю листья сбросит
И закружит в сказочной игре...
С севера нагрянувшая осень
Золотит осину на заре.

Я смотрю на сумрачное небо,
И сверяясь с красками полей,
Осень узнаю по буртам хлеба
Да по грустным крикам журавлей.

А в минуту эту знаю где-то
Утирает кепкой потный лоб,
Так же, как когда-то делал дед мой,
Накосившись вдоволь хлебороб.

*   *   *

Пожухлела сизая осока,
Былками колючими шурша,
А над ней вздымаются высоко
Желтые метелки камыша.

Зорька с порыжевшими боками
Говорит о близости утра...
Где-то высоко, под облаками
Слышно как гогочет казара.

Резвый ветер до меня доносит
Запах увядающих полей
Я в который раз встречаю осень
С неизменной «Ижевкой» своей.

1969 год
Ж А Т В А

Разминая в пальцах колос спелый,
Агроном задумчиво сказал:
- Что ж, Петрович, приступайте к делу,
Это поле все пойдет на свал.

И машина ринулась в атаку,
Оставляя позади валки,
Косогон, прижмурившись затакал,
С крыльями стремясь наобгонки.

Комбайнер не нынче вышел в поле -
Много лет он здесь уже бывал...
На руках кровавые мозоли
Отпечатал баловник штурвал.

И всегда садясь за управленье
Без премудрых слов и громких фраз
Чувствовал такое он волненье,
Словно вел машину в первый раз.

Но десяток, два десятка метров -
И слились с мотором сердца дрожь...
Солнце с высоты мигнуло ветру -
Дескать, комбайнера не тревожь.

Круг за кругом ширятся прокосы,
За комбайном лентами бегут...
Хлеборобам золотая осень
Полностью оплачивает труд.
ЗАПАХ  ХЛЕБА

Когда зорька в предрассветном небе
Режет ночь серебряным крылом,
Я вдыхаю свежий запах хлеба,
Высоко плывущий над селом.

Я стою подолгу у калитки,
Сделать шага не имею сил,
И как в сказке, в синей дымке зыбкой
Вижу тех, кто этот хлеб растил.

Вот декабрь зевнул сварливо-тонко,
Потянулся, плюнул снегом в даль.
А парнишка в легкой фуфайчонке
Жмет ногой застывшую педаль.

Посидеть не может дома, что ли?
Ну, куда торопится? Куда?
Прикипели к рычагам мозоли
И не оторвать их без труда.

Но зато за первым снежным валом
На глазах завихрился сугроб.
Сделает таких борозд немало
Этот незаметный хлебороб.

А весной, когда земля оттаяв,
Солнце данью влагу отдает,
Сеялки большой гусиной стаей
По массивам ринутся вперед.

И даешь! Без всяких смен по суткам,
В бурю, слякоть, не жалея сил.
Если остановка - на минутку,
Лишь бы на ходу перекусить.

Чтобы колос, до земли качая
Ветер гнал тяжелую волну...
Нет, не зря дождливыми ночами
Мы плугами рвали целину.

Нет, не даром до седьмого пота
Рвались в схватку, ускоряя бег...
Тот, кто вместе с нами не работал,
Не поймет, чем пахнет свежий хлеб.
ПРАЗДНИК  КОСМОНАВТОВ

Льются песни гордости в эфире,
Гордостью звучат они в сердцах:
Славных космонавтов люди мира
Чествуют на всех материках.

В этот день майор, советский парень,
До безумства смелый и простой,
Юрий Алексеевич Гагарин
Вывел на орбиту свой «Восток».

Не забыть нам этой славной даты,
Вписанной в историю Земли.
Много храбрых соколов крылатых
Водят нынче в космос корабли.

Мы давно мечтали в струях пенных
Полететь к неведомым мирам...
Может быть, в безбрежности Вселенной
Жизнь течет, неведомая нам?

Может быть сегодня или завтра
Встретимся с живущими во мгле?
Люди мира праздник космонавтов
Отмечают нынче на земле!
ПЕСНЯ  О  ШЕРБАКУЛЕ

Улетают крылатые годы,
Осень медные листья кружит...
Где мы с вами живем, будут скоро
Наши внуки и правнуки жить.
И хочу я лишь самую малость:
Чтоб остался наш след на земле,
Чтоб в наследство им песня осталась
О далеком сибирском селе.

П р и п е в :
Шербакуль, я сроднился и вырос с тобой,
Для меня ты всегда уголок дорогой.
Рядом бьются горячие наши сердца,
Мы останемся вместе с тобой до конца.

Я люблю твои тихие плесы,
Цветники из фиалок и роз,
В летних рощах зеленые косы
И стволы белоснежных берез.
На заре в голубеющем небе
С каждым годом вдыхаю сильней
Нежный запах пшеничного хлеба,
Доносящихся с мирных полей.

П р и п е в :
И в суровые годы ненастья,
Под стремительным посвистом пуль,
И в моменты житейского счастья
Ты со мной, родной Шербакуль.
Ты всегда моей думой владеешь,
Я старею, но радостно мне
От сознанья, что ты молодеешь,
Что стоишь на счастливой земле.
ЖИЗНЬ  ПРОШЛА  НЕ ПОНАСЛЫШКЕ

Я мог бы умереть в июле
И мог, наверно, в декабре,
Но вдруг глаза твои мигнули,
Как ясный лучик на заре.

И я еще из жизни выжал
И выжал столько, сколько мог.
Я даже и сегодня вижу,
Что не закончился мой срок.

И все ж она пришла - расплата,
Я знал всегда, что быть беде.
И вот больничная палата
При знаменитом ООД.
Устроился я в общем ловко,
Имею все под старость лет:
Кровать, бесплатную шамовку
И рядом - теплый туалет.

Сейчас, перебирая даты,
Я с удивлением смотрю:
Каким же глупым был когда-то,
Как загубил я жизнь свою.

Нет, по карманам я не лазил,
Не брал чужие кошельки,
Но намесил я столько грязи,
Что сердце рвется на куски.

Ни в чем не чувствовал я меры,
Глушил и водку, и коньяк,
Не разбираясь, людям верил
И сутками курил табак.

Да и в работе не филонил,
С четырнадцати, чуть подрос,
Без палки и кнута, как конь я,
До старости тянул свой воз.

И не к чему сейчас обида -
Ее я, видно, заслужил,
Коль путного пока не выдал,
Так значит, я еще не жил.

Вот так, по мелочам растратив
Все лучшее, что бог дает,
Под старость мы проценты платим:
Я б мог великим быть. Да вот...

А что «Да вот...» Иль я не видел
И в двадцать, да и в тридцать лет,
Что дар гублю не от обиды,
Не журналист я, а поэт.

Что по верхушкам бью, без жара,
И что стихи мои нужны
Для скоротечных гонораров,
Не подотчетных для жены.

Да, жизнь прошла не понаслышке,
Года стоят передо мной.
Их много: шесть десятков с лишком
За полусогнутой спиной.

И в молодости было туго,
И вот под старость, как назло,
Среди друзей большого круга
Мне одному не повезло.

Теперь одна надежда - дети.
Одним растить им малышей...
Да, трудно жить на свете
С тугой удавкой на душе.

февраль-март 1990 г.
(за полгода до смерти).
ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ

Заалела медью листьев просинь,
Словно на мгновение прозрев...
Как пехота, в наступленье осень
Бросила последний свой резерв.

Он не мал. Я чувствую утрами,
Как в окошко  холод льет струю.
Я брожу родными мне полями
И, смущаясь, их не узнаю.

Ведь совсем недавно, с ветром споря,
Здесь шумел колосьев перезвон.
Но уплыло, обмельчало море,
Лишь стерни остался тихий стон.

У опушки, где была низина,
В золотом уборе из чудес
Вдруг воспрянул сказочно красивый
Будто бы из сказки русский лес.

Я его таким еще не знаю,
Накипь листьев солнцем оплыла.
Это осень захватила краем
Своего могучего крыла.

И смотрю я на простор сибирский,
В сердце грусть и радость затая,
Это он, мой край мне самый близкий,
Родина российская моя.

22 сентября 1967 г.
СТЕПНОЕ  МОРЕ

Кто не согласен, с тем могу я спорить,
Я отвечаю совестью своей,
Что есть у нас за Шербакулем море,
И не одно, а множество морей.

Не поленись подняться на рассвете,
Пройди с полкилометра от села,
И ты увидишь: волны гонит ветер,
Там, где еще весною степь была.

По ним, качаясь медленно, упрямо
Плывут вдали красавцы-корабли.
Им светит на восходе луч багряный,
Касаясь то штурвала, то земли.

И радость в сердце словно солнцу вторит,
И хочется запеть тебе и мне...
Да, есть у нас за Шербакулем море,
Рожденное трудом на целине.

30 августа 1967 г.
СЕНОКОС

Ветер травы волнами колышет,
Стелет по земле за рядом ряд...
Из бригады на уборку вышел
Первый сенокосный агрегат.

Пожимая руку трактористу,
Агроном наказ дает такой:
- Главное, чтоб поле было чистым,
Чтобы под корень резал травостой.

Тракторист - широкоплечий, рослый
Головой кивнул ему в ответ:
Дескать, не впервой веду прокосы,
За рулем сижу десяток лет.

Будет в норме, не волнуйся, так-то...
И как конь, набравшись сил весной,
С места вдруг вперед рванулся трактор,
Косами вгрызаясь в травостой.

Сенокос. Ни днями, ни ночами
Степь не знает отдыха, гудит.
Сделано хорошее начало,
Но работы много впереди.
ВЕРНОСТЬ

И в Новый год,
и в светлый праздник мая,
Везде и всюду,
где бы ни был я,
Свой первый тост
всегда я поднимаю
Лишь за тебя,
любимая моя.
Ты для меня
по-прежнему красива -
От алых губ
и до пшеничных кос.
Твои глаза
вобрали вместе с синью
И жаркий юг,
и северный мороз.
Чуть улыбнешься -
пропадут печали,
Нахмуришь брови -
отойдет любой.
Недаром ветры
головой качали,
Что, дескать,
им не справиться с такой.
С тобой у бога счастья
не просил я,
Переживал и радость,
и беду...
Куда ты поведешь меня,
Россия,
Клянусь, я не задумавшись,
пойду.
январь 1982 г.
Я стою на засиненном плесе
С неразлучной «ижевкой» своей
Спелый август до меня доносит
Вызревшие запахи полей.

Вот в сторонке жухлую осоку
Колыхнул озорник-ветерок.
Видно где-то рядом, невысоко,
Пролетел стремительный чирок.

А подальше, в пелене тумана,
Нарушая гладь воды и тишь,
Сизой грудью, словно бы тараном,
Пробивает селезень камыш.

На востоке розовеет небо.
Верьте мне, я точно говорю -
Это утки в лапках краснопегих
Мне несут рассветную зарю.
НА  РАССВЕТЕ
Когда восток зарею алой
Оповестит рожденье дня,
Любому сну под одеялом
Ни в жизнь не удержать меня.

Я в это время буду где-то
Стоять в прибрежных камышах.
Помчатся утки на рассвете,
Своими крыльями шурша.

Утиный свист - и сердце в дрожи,
Рука - на спусковом крючке.
Степное эхо выстрел множит
И рассыпает вдалеке.

Тот, я считаю, не мужчина,
Кто дома спит в рассветный час,
Кто не видал полет утиный
Хотя б один единый раз.

Охота - вот рецепт от лени,
Она волнует и бодрит.
Недаром сам товарищ Ленин
Любил с двустволкою ходить.
В  ДОЖДЬ

Зацепились тучи за антенну,
А идти на озеро пора.
Дождь упрямый, буйный, в струях пенных
Льет, как из дырявого ведра.

Говорит жена мне: «Ну к чему же?
Выгляни в окошко - льет и льет,
Сам себе стремишься сделать хуже,
Кто ж в такой дождливый день идет?».

Я ответил ей немного проще:
«Не стараюсь отвести беду -
Пусть хоть, как из бочки, дождь полощет,
Все равно на озеро пойду!».
1970 год
ДУПЛЕТ

Я вышел в поле солнечным апрелем.
Вилась дорога змейкой под укос
Над головою жаворонки пели
И чуть дымился в синей дымке плёс.

Большой Щегуль, забитый камышами
И ноздреватым сизо-белым льдом,
Исколотый иголками-лучами,
Уже дышал по-летнему - теплом.

Трудяга-дятел, сунув нос-точило
В кору, веселой строчкою строчил.
А где-то рядом в борозде мочили
Худые ноги смуглые грачи.

На горизонте эхо бьется строже.
Я видел, как могучий К-700,
Блистая перламутром желтой кожи,
Без напряженья делал разворот.

Плыл в небе лебедь ласково-красивый,
А чуть вперед, на корпус иль на два,
Его подруга в небе ярко-синем
Крылом махала словно бы едва.

Я долго провожал их теплым взглядом,
Что может быть волшебней красоты?
И вдруг за косогором, где-то рядом,
Дуплет разбил и грезы, и мечты.

Сломались крылья, и над черной падью
Мелькнула тенью яркая краса...
Я взял её. Её я нежно гладил,
Как женщину, рукой по волосам.

И было мне и больно, и обидно,
Что так нелепо оборвалась жизнь.
И вдруг, чуть обернувшись, я увидел -
Мальчишка лет шестнадцати бежит.

Он подошел ко мне походкой валкой,
Потрогал тулку и сказал взахлеб:
- Одну убил, вот черт, как это жалко,
А я дуплетом пару сбить бы мог!

Ушла, ушла былая моя резвость -
Не поднялась на пацана рука.
Я так хотел молокососу врезать
И наломать как следует бока!
ПЛОДЛИВАЯ  КРОЛЬЧИХА
(Фельетон)

Сосед соседу подарил
Крольчиху в день рожденья.
Тот, как положено, «обмыл»,
Потом ей клетку смастерил -
Живи под ясной сенью.

Росла крольчиха в ширь и в высь
И поправлялась вроде.
Морковь жевала и редис,
Что были в огороде.

Сосед и вечером, и днем
Наведывался к клетке.
Присмотр всецело был на нем,
Кормежка - на соседке.

Прошла неделя, две, и вот
Крольчиха принесла приплод.
А тут, ну словно бы назло, -
И надо так случиться!
Соседке вдруг не повезло -
Отправили в больницу.

Пришлось соседу одному
Все дни хозяйничать в дому.

И он хозяйничал, как мог,
Везде навел порядок,
Кролям сумел в короткий срок
Все переправить с грядок.

Чтоб прокормить десяток ртов
Голодных и ретивых,
Добрался даже до цветов
И до плакучей ивы.

А время движется вперед,
Хозяйка все в больнице...
Умножился кролиный род,
Уж молодежь кролится.

Чем дальше в лес - тем больше дров
Пришлось в разгаре лета
И для крольчих, и для кролов
Обкашивать кюветы.

Но где же вволю взять травы
Для кроличьей породы?
Ведь только посмотрите вы -
Везде кролиководы!

При свете раннего утра
Нашел сосед полянку
И - жик! совхозного костра
Объемную вязанку...

Финал? Плачевным был финал
Во вторник или в среду
(Я точно знаю, сам слыхал)
Сосед просил соседа:

Пока лишь штраф, а не тюрьма,
Прошу всевышним богом:
Ты свой подарок задарма
Возьми со всем приплодом.

1970 год

^Наверх